|
Страница 2 из 2 Наполеон - лишний болван - А как Наполеон вписывается в вашу теорию Большой игры? Ведь он явно не англичанин и гражданство США, кажется, не принимал. - Наполеоновская война была участием лишних в Большой игре. Это наши с британцами дела. И тут появляется какой-то болван и сюда влезает. И получает, естественно, то, что потом получил и Гитлер. Наполеону некуда было деться. Он проиграл, не начав войну. Потому что Франция проиграла большую политику до Наполеона. А Наполеон решил, что вот сейчас он возьмет реванш. Второй эпизод - некто Гитлер. То же самое, вид сбоку. Зачем он на нас полез? Когда вся его «Майн Кампф» написана про то, что этого делать не надо. Не надо войны на два фронта. Сам же писал, ему никто не диктовал, он был мелкий радикальный авантюрист, у него не было спичрайтеров тогда. Да потому, что его англичане в этот угол загнали. - Чтобы победить нашими руками? - А как же иначе? У них нет своих рук. У них руки приспособлены только деньги считать. А у нас - штыком колоть. Вот так всю жизнь и продолжается. Самое смешное, что сейчас возможно то же самое. «Холодная война» - это мечта - Это вы на что намекаете? - Намекаю на войну в Центральной Азии. Понимаете, что будет, если американцы разбомбят Иран? Что будет с Азербайджаном тогда, если половина Азербайджана в Иране? А что будет с Курдистаном, с Узбекистаном, с Пакистаном, с Афганистаном? Я уже не говорю о ценах на нефть. Все, что я говорю про 200 последних лет, - это про будущую войну. Я бы очень хотел ее видеть «холодной». «Холодная война» - это почти мечта, это счастье, ее надо еще заслужить. Она потому и «холодная», что идет по правилам. Здесь воюем, здесь не воюем, а здесь рыбу заворачиваем. Но есть одна штука: «холодная война» возможна только между равными. Мы в нынешнем состоянии «холодной войны» не достойны. Мы достойны быть игрушкой в «горячей». Пока. - Кстати, почему Россия, постоянно выигрывая «горячие войны», не смогла выиграть «холодную»? - «Горячие» приводят к мобилизации. А в промежутках мы впадаем в спячку. Или в маразм. - Это такая наша национальная особенность? - Нет, это глупость. И предательство национальной элитой своей страны. Но обстоятельства последних лет показывают, что мы этого делать больше не собираемся. Русофобами были и Гитлер, и Маркс - А откуда на Западе появился такая мерзость, как русофобия? Когда там впервые русских невзлюбили? - Ну конкретно - после наполеоновских войн. Европа была шокирована присутствием русских войск на улицах Парижа. Европу это эстетически коробило. То, что мы пришли туда эту Европу освобождать, никого не волновало. Наоборот, этого нам никогда не прощают. Ни в наполеоновскую, ни в первую мировую, ни во вторую. - Тогда почему Америке прощают ее постоянное «спасение мира»? - Америка кровью не платит. Она получает дивиденды. А русофобия - не ругательство. Это был нормальный термин, описывающий мейнстрим европейской политики. Русофобами были не только Гитлер или Пальмерстон, но и Карл Маркс, подрабатывавший в русофобской газете. Сейчас Запад уже не называет это русофобией. Теперь это называют демократическими ценностями, правами человека, борьбой с «режимом Путина»... А в XIX веке не было политкорректности. Они гордо называли себя русофобами. - Как же нам заставить мир любить Россию? - А никак не заставите. Надо просто быть сильными, чтобы хотя бы уважали. В политике есть одна категория - сила. Экономическое могущество. И русофобия резко убывает, когда с нее нет дивидендов. Мы вот развалили державу. И вдруг оказалось, что тебя может каждый встречный бить ногами. Удивительное дело: мы-то хотели демократии, гармонии, чтобы иностранные кредиты рекой и чтобы весь мир любил нас. А тут приходят пацаны с других дворов и хлобысть тебя в челюсть. Начинаешь кричать: «Не имеете права...» А тебе еще раз в другую челюсть, чтоб не кричал. Только когда у тебя сила и тебе нельзя дать в челюсть, тогда возникают конструктивные отношения с пацаном из соседнего двора. Даже приятельские. Пацан-то тебя уважает. - А может, ну его, это постсоветское пространство? Чего мы все цепляемся за Кавказ, Центральную Азию?.. - Да потому, что Америка там, и мы вынуждены тоже там быть. Я не слышал что-то ни о каких российских общественных организациях за освобождение Техаса или Калифорнии от США. А США залезли к нам в штаны и там шарят. Объявляют, что это зона их стратегических интересов! Нам говорят: «Чего вы дергаетесь с Украиной, Грузией, Средней Азией - у вас паранойя». Да у меня чужая лапа в штанах! Какая паранойя? Вот она лапа - в кармане у нас. А паранойя - это не видеть того, что происходит. Тем более что это происходит уже 200 лет. Когда Америке конец - Не рассыпятся ли США от нынешней афганской войны, а заодно и возможной войны в Иране, как СССР? - Не знаю. Могут и рассыпаться. Империи рушатся, когда такая война совпадает с собственным системным кризисом. Когда империя не способна реагировать на вызовы, когда она их не видит и даже их усугубляет. Таким был Советский Союз. У меня есть серьезные основания полагать, что США уже в таком состоянии. Америка сама себе создает проблемы. Современные США, если вы заметили, в принципе не имеют серьезных врагов. Все свои проблемы они создают себе сами. Это как баран, который бежит на стену. Чем сильнее баран, тем больше проблем. - И с крахом США кончится 200-летняя история «холодной войны»? - Что кончится, а что не кончится - это вопрос. Потому что, поняв, куда все шло 200 лет, становится понятно и то, куда все идет. А идет ко второй фазе системного кризиса того двухполярного мира, который у нас был. Потому что однополярный мир не состоялся. Вот представьте себе. Сначала рухнул СССР как более слабая балка. А другая обрадовалась. Обрадовавшаяся балка, которая теперь ни на что не опирается, - это уже системный кризис. Что бывает с такой балкой? Она рухнет. И бог бы с ней, но некоторым интересно, кого она при этом раздавит. Андрей СЕДОВ
Last update : 02-01-2008 08:42
|
(0 голос)
